на главную
На главную
 походы отчёты документы  в народ
Admin

А теперь мне снится Камчатка...

Не составило бы труда доказать, что не труд, а туризм сделал из обезьяны человека. Но думаю, это и без доказательств понятно. Нет, нас не изнежила цивилизация, и в городской толпе нет-нет, да и мелькнет брезентовая штормовка под парусом огромного рюкзака. Еще встречаются дерзкие, сильные люди, умеющие бросить вызов далекому горизонту. Автор этих путевых заметок - Михаил СМИРНОВ, один из таких людей. Весной этого года по зову друга он прилетел на Камчатку и проложил здесь свой маршрут.

ИТАК, позади - суета городов, страсти по авиабилетам, вольготное безделье Петропавловска, над которым царят вулканы Авачинский и Корякский (да, да, те самые, знаменитые настолько, что хоть гербом Камчатки их делай). Что впереди? Впереди - первый день дороги, по которой мы отмеряем первые сотни метров.
Первый день пути - всегда праздник! Пусть рюкзак тяжел, как неудача, пусть твое городское тело скулит под нагрузкой, а лыжи еще ощущаешь ненужным придатком к ногам, Мы - вместе, мы заняты делом, ради которого собрались - самым бесцельным и самым прекрасным делом на свете. А это значит - мир ослепителен, а дорога полна тайн, их ровно столько, сколько участников нашего похода. И за полторы недели дорога проверит каждого из нас.
А вы спрашиваете, зачем мы ходим с походы!..

* * *

ЭТОГО голубоглазого парня я заметил не сразу. В полумраке егерской сторожки у остывающей печки сушились громадные ботинки, а на нарах их владелец упаковывал рюкзак.
- Где же твои спутники, приятель?
- Они не явились на вокзал. Я отправился один.
- Так пошли с нами. Вот наш маршрут, - и командир месте с новым членом группы уткнулись с карту.
Гм! В нашей группе появился "новенький".

* * *

В ЛЮБОМ маршруте самый трудный день - третий. Уже улеглось возбуждение старта, рюкзак притерся к плечам, а участники - к изматывающему ритму походной жизни. Стали повторяться закаты, анекдоты и еда на вечернем привале. А впереди долгий и трудный маршрут. По ещё необъясненным законам Пути именно в этот день случаются неприятности, взрываются конфликты, выясняются отношения. Бывали случаи, когда напряжение в группе достигало критической величины и тогда - раскол. Но стоит только благополучно миновать этот роковой день, и о такой группе начинают уважительно говорить - схоженная.
Наш третий день был на редкость удачным. В заснеженном ущелье растянутой цепочкой топчем лыжню, поднимаясь к сияющим в синеве скалистым гребням. Может быть, потому он и удачен этот день, что есть это общее на всех скальное, ребро, к которому мы рвемся из последних сил. И есть эти снежные "языки", лежащие на склонах. Подрежешь такой неосторожной лыжней, и со скоростью курьерского рухнет вниз снежная лавина, совсем не без основания прозванная "белой смертью". А ведь там, внизу, уже ставшие тебе родными голоса, за каждый из которых ты сейчас в ответе, Такие ситуации сплачивают людей посильнее городских застолий.

* * *

Уф, перевал! Мы стоим здесь, бессильно повиснув на лыжных палках, как на пороге незнаемой страны: дивная панорама гор дика и фантастична,
- Ну что, сфотографировались? Вперёд! - и наш командир первым отталкивается палками в неизвестность, которая начинается от кончиков его лыж и головокружительно круто обрывается вниз.

* * *

"Эй, гляди в оба!" Скорость вбивает твой крик назад, в глотку, и ты осипшим и оглохшим комком летишь вниз по похожему на бобслейную трассу ущелью. Едва успеваешь напряженными ногами гасить ухабы, чуть не, прозевал поворот, проносишься, в метре от валуна и только в последний момент трамплинным прыжком спасаешься от ямы. Эти бешеные секунды спуска так не похожи на воловий труд подъема - но это тоже дорога.
Постепенно ущелье выводит к речной долине, и сквозь .деревья видны яркие куртки моих друзей. Привал. Обед.

* * *

"Что у вас, ребята, в рюкзаках?" - кокетливый вопрос из забытой псевдо-туристской песни. В зимних походах эту строчку не поют, а с натруженным хрипом выдыхают, сбрасывая двухпудовый мешок с плеч. Постоянный холод требует дополнительных калорий, а набитый продуктами рюкзак - второй добавки за обедом. Наш завхоз Костя Ткач виртуозно решил это противоречие, совместив калории и малый вес продуктов. Но "осанну" мы ему за это не поем, получая на обед сухари, пару галет, шоколадку, кусок колбасы или сала и осколок замороженной халвы. Это вам, в городах, кажется, что много. Здесь, на маршруте этот рацион эквивалентен вашему салату.
Я только принялся за колбасу, как кто-то заботливо спросил: "Миша, колбасы хочешь?" "Нет", - моментально отреагировал я и успел подумать "мне и своей хватит". "Ну как хочешь", - равнодушно ответил голос, и его обладатель проворно цапнул мою колбасную порцию. Потом, под всеобщий хохот, я вернул драгоценную колбасу за два свежих анекдота.
...Обед - это лакмусовая бумажка для группы. Если жуют молча, а попив чаю, сразу хватаются за рюкзаки - вывод, думаю, ясен.

* * *

ГЛУХОЙ шум реки остановил нас. В раздумье разглядываю быстрый поток прозрачной воды с каменистым дном. Лезть в эту холодную воду? Бр-р-р! К счастью, есть один гидрокостюм на всех, и самый могучий участник - наш "новичок" - уже переправляет нас поочередно на другой берег.
...Еду верхом по бурному потоку и думаю о своем носильщике: как быстро и прочно вошел он группу. Кто несет самый тяжелый рюкзак? - Игорь. Кто старательней всех пилит дрова? - Игорь. Кто последним залезает в палатку? - Игорь...

* * *

"ВСЕ, отбой!" - дал команду старшой, но и после нее из угла палатки долго слышится приглушенное хихиканье. Ребята успели отоспаться за весь маршрут и ещё на месяц вперед: третий день мы "пургуем".
Это словечко - пурговать - из обихода аборигенов. Как видите, они предпочитают обозначать не метеорологическое явление, а состояние человека, его пережидающего. Это намного серьезнее - они знают из опыта. Умение пережидать пургу для туристической группы, как для боксера умение "держать удар". Здесь она проверяется на излом и изгиб, альтруизм и эгоизм, на готовность жертвовать и готовность отдавать. Но мы хорошо "пургуем".
Сейчас моя вахта у печки. Низкий полог уютно освещается красными отблесками, по крыше с сухим шипением пролетает позёмка. Я ловлю себя на том, что впервые внимательно смотрю на спящих спутников с тем же чувством, которое в сентиментальных романах называют "комком в горле".
Вот поверх спальника видна крепкая рука в старой тельняшке - это наш командир Александр Машников. Среднего роста, сухощавый молодой мужчина с несколько суровым лицом. Но это пока Саша не улыбнется. А улыбка у него замечательная, машниковская, и сразу ясно, что не зря красавица-жена и две дочки-малышки так любят своего "папку". Не будь его, слово "Камчатка" напоминало бы всем нам только об уроках географии.
В углу глухо отозвалась гитара, задетая сонной рукой. Альберт, похоже, и во сне не расстается со своей любимицей. Почти в каждой туристской группе есть свой бард, но не каждый бард пишет песни. "Снег стелется мягко...", "Хребет Туоннах" - их названия говорят сами за себя.
В самом холодном месте шатра пристроился Игорь Стягликов. Не каждый рискнет, как Игорь, отправиться в одиночку "на перехват" туристской группы. На это способен очень добрый и смелый человек, уверенным в людях. Студент рыболовецкого института из Петропавловска-Камчатского верен "лыжному братству".
Ветер за брезентовой стенкой танцует сумасшедшее танго, с пугающим треском (выдержат ли) хлопают полотнища, гнется под снежным намётом центральная стойка - лыжа. Чертыхаясь, я выползаю в который уже раз из палатки в этот сошедший с ума мир пургующего плато. Наша брезентовая хижина погребена заносами. Я задыхаюсь воздухом пополам со снегом и торопливо отгребаю с крыши сугробы. Это единственное возможное для нас сейчас действие. Нужно надеяться и ждать, ждать и надеяться, и еще - стараться никого не подвести. В такие минуты от каждого из нас зависит многое, если не все - и сознание этого дарит мужество и уверенность в себе.

А помнишь, друг, Горелый и Мутновский,
Которые остались позади,
Пургу, палатки, мокрые ночевки,
И долгий путь, что предстоит пройти.
Там было трудно, ты и не скрываешь,
Но нам понятен тот соленый пот...

Но эту песню Альберт споет после похода. По утрам ведутся медленные разговоры:
- Пурга...
- Да-а, пурга...
- Однако пурга...
- А я вам больше скажу - п у р г а!
- Стало быть, пурга...
На всякий случай урезаем и без того маленькие рационы... Позже мы узнаем, что это циклон выбросил на Охотское побережье двухмесячную норму осадков, и не все туристы выдержали этот жестокий экзамен... Местные газеты сообщали о происшествиях на маршрутах.
На пятый день пурги снялись в места и по забытой людьми снежной колее, по еле видимым в метели вешкам тронулись на север, к перевалу. Сильный ветер мешает идти на лыжах, рыхлый снег не держит человека с рюкзаком - идем медленно, след в след как кошки зимой... Напрягая зрение, стараемся в серой круговерти отыскать очередную вешку, рискуем снять солнцезащитные очки. За это заплатили "снежной слепотой".
Вечером - холодная палатка, дров нет. Вот, наконец, долгожданный чий на примусе, ночлег. Все сжались в плотную кучку, распихав руки и ноги между товарищами, укрылись чем только смогли. Ничего, жить можно.

* * *

- Мужики, может быть, лыжи наденете?
- А ты?
- А что я? Унесло лыжу, засыпало где-то сугробом - так пойду - на одной. Идите вперед, я догоню.
Пошел позади всех. Ну где там догонять - не отстать бы! Вы пробовали идти на одной лыже с рюкзаком? То проваливаешься по колено, то скользишь по плотному насту. Словно все время поднимаешься по длинной лестнице на одной ноге. Так что лучше уж совсем без лыж. А где же ребята? Слева по курсу какие-то домики - видимо свернули к ним. Так и есть - заброшенная стоянка буровиков. А зачем это вы доску пилите? Это новая "лыжа"? Для меня? Спасибо, друзья.
Вышло солнце, и открылась великолепная панорама на вулкан Вилючинский. С новой лыжей-обрубком я уже в первых рядах. Наш путь лежит вверх по ущелью к перевалу Поперечный. А там и до посёлка не далеко...
...Я прощаюсь с ребятами в том же аэропорту, у того же трапа, где две недели назад встречались. Даже стюардесса, кажется, та же самая. Мы молчим, а в голове у меня: "Дорогие мои, хорошие..."

Туристская справка Маршрут 3-й категории сложности: Пос. Начики - Большие Банные источники - пер. Чоп (1Б) - р.Карымчина - пер. н/к - оз. Толмачёво - влк. Горелый (всх) - клк. Мутновский (всх) - руч.Освистаннный - пер.Поперечный (1А) - пос. Паратунка. Протяженность 250 км, время в пути - 11 суток. Толщина снежного покрова 5 - 8м, имеются незамерзающие горные реки (переправы). Погода неустойчивая, часты циклоны. Необходимую информацию и ночлег можно получить в Камчатском областном турклубе: г. ПЕТРОПАВЛОВСК, УЛ. Бохняка, 10.

 
в начало
В начало
 Пишите на на главную
На главную